Тамбовский сельхозкооператив игнорирует решения судов

Пайщики СХПК «Гладышевский» добились признания решений собрания недействительными в трёх судебных инстанциях. Но точку в конфликте это не поставило — им пришлось снова идти в суд.

В российском законодательстве есть механизм, который в затяжных корпоративных конфликтах может превращаться в настоящую правовую лазейку. Суд может признать решение собрания незаконным, однако это не означает, что организация больше не может проводить новые собрания и принимать новые решения.

Если на время судебного разбирательства не введены специальные обеспечительные меры, руководство может провести новое собрание, принять новую редакцию устава или заново решить спорные вопросы. Формально это будут уже другие решения — и оспаривать их придётся новым иском. Арбитражный процессуальный кодекс позволяет суду временно запрещать органам юридического лица принимать решения по вопросам, связанным с предметом спора, но для этого такие обеспечительные меры должны быть приняты судом.

Особенно болезненно подобные конфликты проходят в сельскохозяйственных производственных кооперативах — СХПК и СПК. Многие из них существуют десятилетиями, а за решениями общего собрания стоят судьба паёв, техники и другого имущества хозяйства.

Яркий пример — конфликт вокруг СХПК «Гладышевский» в Токарёвском округе Тамбовской области.

Много лет хозяйством руководил Иван Куксов. Ещё в 2011 году местная пресса писала, что он возглавляет сельхозпредприятие более четверти века. В последующие годы он продолжал оставаться председателем «Гладышевского».

В 2024 году, когда Иван Куксов, по словам пайщиков, тяжело заболел, в руководство кооператива вошёл его сын Павел Куксов. Вскоре он возглавил СХПК. Часть членов кооператива оказалась не согласна с тем, как проходила смена руководства и принимались решения общих собраний.

Пайщики пошли в арбитраж.

Спор дошёл до трёх инстанций: Арбитражного суда Тамбовской области, Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Центрального округа — дела № А64-9198/2024, № 19АП-4873/2025 и № Ф10-772/2026.

Суды признали недействительной часть решений, принятых на общем собрании членов кооператива 22 августа 2024 года. В частности, спор касался состава участников кооператива, приёма новых членов и утверждения новой редакции устава. Апелляционный суд оставил в силе частичное удовлетворение требований, а в мае 2026 года кассационная инстанция не нашла оснований отменять решения нижестоящих судов. Казалось бы, после трёх судебных инстанций в истории можно было поставить точку. Но этого не произошло.

По утверждению пайщиков, пока шли судебные разбирательства, в кооперативе продолжали проводить собрания и принимать новые решения. Была утверждена новая редакция устава, а часть имущества и средств паевого фонда была отнесена к неделимому фонду. Сами пайщики считают, что в результате размер и реальная ценность их паёв существенно сократились.

Сам по себе неделимый фонд законом разрешён. Это имущество кооператива, которое не делится между его членами и не выдаётся им в натуральной форме при прекращении членства. Решение о формировании такого фонда принимают сами члены кооператива в порядке, предусмотренном законом и уставом.

Но для недовольных пайщиков возникает другая проблема: если решение принято уже на новом собрании, прежнего судебного решения для его отмены недостаточно. Приходится опять обращаться в суд.

И в истории «Гладышевского» это уже произошло.

8 августа 2025 года в кооперативе состоялось ещё одно внеочередное общее собрание. Его решения четыре члена СХПК снова оспорили в Арбитражном суде Тамбовской области. 21 июля 2026 года стало известно, что суд вновь частично встал на сторону пайщиков. Недействительными были признаны решение об избрании одного из членов правления, а также решения по вопросам об одобрении кредитов Сбербанка на общую сумму более 21 млн рублей и передаче приобретаемой техники в залог. Суд указал на нарушения при включении этих вопросов в повестку собрания.

То есть «второй круг» уже произошёл на практике: пока одни решения общего собрания проходили проверку трёх судебных инстанций, появились другие решения — и пайщикам пришлось начинать новый судебный процесс.

Причём времени на такие споры закон даёт немного. Решение органов управления сельхозкооператива член кооператива может оспорить в течение трёх месяцев с момента, когда он узнал или должен был узнать о нём, и, как правило, не позднее шести месяцев с момента принятия решения.

Получается своеобразная судебная гонка: пока пайщик доказывает незаконность одного решения, внутри кооператива могут принять следующее. И если новое решение само по себе нарушает его права, человеку снова приходится собирать документы, нанимать юристов и обращаться в суд.

Юристы, знакомые с ситуацией, отмечают системный характер проблемы.

Сергей Тюрин (ГК «АгроЮрист»):

«СПК (СХПК) и прочие производные от колхозов — это самые неудачные формы организации агробизнеса. Наследие советского прошлого, где в случае, если всё идёт не так, одни (как правило, руководящие лица) считают СПК своей "свиньей-копилкой", а имущество становится "ничейным", то есть общественным. Если земля была оформлена как доли в праве общей долевой собственности и в последующем заключены долгосрочные договоры аренды, то к этим договорам члены СПК никакого отношения не имеют».

Юрист Наталья Ступникова:

«Стандартная ситуация, к сожалению. В процессе рассмотрения дела надо было просить наложить запрет на внесение изменений в учредительные документы. Теперь есть основания для нового обжалования уже нового решения, которое принято по внесению изменений. Почему не исполнено решение суда - скорее всего, сведения в ЕГРЮЛ по поводу председателя не были внесены».

История СХПК «Гладышевский» наглядно показывает проблему. Одни решения общего собрания пайщики оспорили и прошли три судебные инстанции. Затем появились новые решения — и начался новый процесс, в котором суд снова признал часть из них недействительными.

Формально возможность судебной защиты у пайщиков есть. Но на практике им приходится раз за разом «догонять» решения, которые принимаются внутри кооператива.

И так может продолжаться по кругу: новое собрание — новое решение — новый иск — новый суд. Пока законодательство позволяет воспроизводить один и тот же корпоративный конфликт через всё новые решения собраний, выигранный пайщиками суд ещё не означает, что спор действительно закончен.

Наш канал в МАХ

Редакция

Новости на Блoкнoт-Тамбов